Первый учитель Фунакоси Гитина

Из книги "Каратэ-До-Итиро":

«...Мне несомненно повезло в жизни, я дружил со старшим сыном мастера Адзато. Я могу лишь благодарить судьбу, что среди моих жизненных наставников оказался великий мастер Ясуцуне Адзато.

 На Окинаве главенствовали два семейства - Удун и Тоноки (Tonoki). К семейству Удун принадлежали крупные землевладельцы, равные по знатности японским даймё (daimyo). В Тоноки входили средние землевладельцы, владельцы отдельных городов и деревень. Мастер  Адзато был из Тоноки и владел деревней с тем же именем Адзато, которая находилась между городами Наха и Сюри.

Мой учитель,  Адзато Анко, был благородного происхождения, он имел ранг Тикудун-но-Петин. Несмотря на свое высокое имя, поэтические произведения он предпочитал подписывать именем Ринкакусай (Rinkakusai). В детстве Адзато считался «вундеркиндом», потому что превосходил своих сверстников в изучении боевых искусств и классической литературы. С момента, когда Окинава перешла под юрисдикцию Японии, и королевство Рюкю перестало существовать, Адзато перешел на политическую деятельность и даже занимал пост государственного министра.

Современник  Адзато, мастер  Итосу Анко, был для него больше, чем только уважаемый коллега, они были очень близкими друзьями. Благодаря рекомендации Адзато, Итосу получил должность личного секретаря при дворе короля. Мастер Итосу возглавлял общественное движение за введение боевых дисциплин в программу школьного образования. Итосу имел огромное влияние на развитие и руководство Каратэ, о степени его мастерства знал каждый окинавский школьник. Оба, и Адзато и Итосу, рассматривались как братство Буси и были безмерно уважаемыми. Адзато и Итосу изучали То-Тэ у мастера Мацумура Сокон, большого специалиста в китайских боевых стилях. Обучение у мастера Мацумура было очень строгим. Учеба проводилась неизменно рано утром, до рассвета, без всяких отговорок за прогулы.


Илл.6 – Мастер Сокон Мацумура

Сенсей Адзато закончил школу с отличием. Особенно он был силен в классической китайской литературе. За блестящие успехи, в школе он получал стипендию, размер которой был больше, чем плата за обучение.

Во времена юности учителя Адзато немногие мастера боевых искусств могли себе позволить специальное учебное оборудование для практики. Но, мастер Адзато был исключением, он был богат и занимал высокое общественное положение. Все его дома, в которых он жил, напоминали учебные залы с арсеналами. В них были установлены макивара ( m akiwara – гибкая доска, врытая в землю), развешено и разложено разнообразное боевое и учебное оружие – боккены, мечи различных конфигураций, деревянные манекены (с деревянными руками и ногами по образцу манекенов Мук-Ян-Чун для китайского Цюань-Фа), каменные веса (sashi-ishi) и железные шары для развития силы, щиты и копья, цепы (nun-chaku), железные палицы ( вероятно - sai ) и даже механизмы с манекенами деревянных лошадей для практики конной стрельбы из лука (Кюба-но-Мити). Мастер Адзато всегда предпочитал окружать себя обстановкой, в которой он мог попрактиковаться в любой момент.

Превосходя многих мастеров различных боевых искусств мастер Адзато очень любил искусство верховой езды, которое он изучал у сенсея Мегата (Megata), мастера, который учил самого юного императора Мейдзи. Сенсей стал брать уроки западной верховой езды у мастера Мегата, потому это искусство тогда было очень модно. Мастер Мегата рассказывал: «Мои занятия проходили около императорских ворот Хиракава (Hirakawa). Адзато наблюдал за занятиями. Он хотел опробовать новое западное седло, но был слишком скромен, чтобы просить об этом, тогда я сам предложил ему это. Наконец, после некоторых уговоров, Адзато сел в седло и продемонстрировал блестящее управление лошадью.» Я думаю, что мастер Адзато являл собой совершенный пример выражения «Если человек превосходит других в одном деле, то он превзойдет всех и в остальных».

Стрельбу из лука (Кю-До) Сенсей изучал у мастера Секигути (Sekiguchi), искусство меча Дзиген-Рю (Jigen-Ryu) у известного японского мастера Исуин Ясухиро (Ishuin Yashichiro, у него же учился и мастер Мацумура) из клана Сацума. Среди прочих боевых дисциплин, искусство меча Сенсей выделял особо. Я помню, всякий раз, воодушевленный после очередной победы, Сенсей говорил: «Я готов сражаться в любое время, если противник - мастер». По моему мнению, Сенсей был великолепен в Каратэ, но настоящей его страстью был меч.».

Ямагути Гоген (Yamaguchi Gogen, 1909-1989), еще ребенком начал заниматься в Дзиген-Рю у мастера Кирино Тосиаки (Kirino Toshiaki, или Хитокири Хандзиро (Hitokiri Hanjiro) соратника по сацумскому восстанию Сайго Такомори. Говорят, именно он был кай-сяку (помощник при сеппуку) Сайго («Последний самурай»)) из клана Сацума. Кирино считался одним из лучшим японских мастеров своего времени. Говорили, что он мог разрубить мечом падающую каплю воды! Правда, легенды всегда преувеличивают. Во всяком случае, достоверно известно, что он проиграл поединок мастеру Адзато. Правда, мастер Адзато прекрасно знал технику Кирино, так как сам был знатоком Дзиген-Рю.

Из книги "Каратэ-До-Итиро":

«... Рискуя показаться самонадеянным, хочу, однако, рассказать пару историй о мастере Адзато . Однажды ночью, кто-то проник в дом Адзато. Проснувшись от шума, Сенсей поднялся с постели, чтобы выяснить что происходит, и неожиданно в гостиной столкнулся нос к носу с непрошенным гостем. Несмотря на то, что это противостояние длилось менее минуты, он понял, невзирая на темноту, что тот был такого размера, что ему вряд ли удалось бы его схватить. Перемещаясь с ловкостью гимнаста среди мебели, человек выпрыгнул из окна, оттуда на стену, окружающую дом, а затем на крышу соседнего дома. Сенсей пытался его преследовать, но он бесследно исчез. Позже Сенсей организовал расследование, чтобы узнать, что это был за человек. Оказалось, что его нанимали проверять навыки мастеров посредством своеобразного инцидента. В прежние времена королевства Рюкю такое часто случалось.

 Однажды на Сенсея и его друга Итосу вознамерились напасть хулиганы, человек 20-30. Не успев обговорить сложившуюся ситуацию и исходя из того, что место для боя было неудачным, они заняли оборону в ближайшем доме. По крайней мере, там они могли переждать, что толпа рассеится, а если они решат атаковать, то в доме это будет происходить на более равных условиях. Хулиганы решили напасть и заполонили дом, как пчелы улей. Адзато выпрыгнул из окна и для нападавших стало неприятным сюрпризом, когда он начал раскидывать их по сторонам. Мастер Итосу, державший оборону с другой стороны дома, вполне аргументированно и очень быстро начал «убеждать» нападавших, что они поступили глупо. Несмотря на то, что мастер Адзато предпочитал наносить удар только одной формой кулака (он очень любил применять иппон-кен), этого было достаточно, чтобы раскидать нападавших, а блоки Адзато были настолько эффективны, что некоторые из молодых налетчиков были серьезно ранены. Но, несмотря на достижения Адзато, гора жертв у мастера Итосу оказалась несравненно больше.

Кроме своего мастерства, Адзато был известен невероятной силой. Однажды, когда ему было только 17, он с расстояния 4 км принес на плечах в свой дом в Кёдзука (Kyozuka) два больших камня, весящих каждый более 30 кг. Испытания силы часто проводились на залитых лунным светом дорогах старой Окинавы, когда молодые люди старались завоевать себе репутацию, устраивая различные подвиги силы и храбрости. Сенсей был одним из таких. За силу и техническое мастерство в боевых искусствах он снискал себе такое уважение, что народ его называл Воин (Буси - Bushi) Адзато.

Один мой близкий друг Сёко (Shoko), рассказал мне историю о Канна Йосин (Kanna Yoshin). Такого типа истории широко распространены в китайской или японской классической литературе. Они объясняют важность в боевых искусствах объединения физического и духовного начала. Старое выражение Бун-Бу-Рё-До (Bun-Bu-Ryo-Do, букв. - культура и боевое искусство - один Путь), как нельзя точно соответствует истории Канна.

Мастер Канна был мощного телосложения, его руки, плечи и шея вздувались буграми мышц, поэтому народ прозвал его «Верзила Канна». Как и мастер Адзато, Канна предпочитал искусство меча. Но, невзирая на удивительные природные данные, мастеру Канна никогда не удавалось победить Сенсея, хотя он пробовал несколько раз. Честолюбие мастера Канна было ущемлено, как ни старался он усиленно тренироваться, это не помогало ему. Ограниченность Канна только на физическом обучении, препятствовала возможности преодоления Адзато, который обладал прекрасной интуицией (гокуи) и мог разрушать любые планы соперников.

Я помню разговор с Сенсеем, о важности обучения стратегии, чтобы преодолевать любого противника. «В боевом искусстве важно учиться своего рода проницательности, чтобы уметь оценивать ум противника». Среди людей существуют, более менее, три типа ума. Первый - Ман (Man) – человек, не умеющий рассуждать. Второй – Соон (Soon) – человек, рассуждающий стандартно. Третий – Эцу (Etsu) – человек, способный преодолевать стандарты и использовать свою интуицию. Канна – Ман, типичный сверхуспевающий ученик, его ум самонадеянный и не сомневающийся ни в чем. «Поэтому», - сказал Сенсей, - «если вы умеете заранее правильно оценить тип ума противника, вы всегда сумеете воспользоваться его слабостями». Все безуспешные попытки Канна победить Адзато были результатом состояния его ума. Мастер Адзато просто использовал типы Соон и Эцу, чтобы преодолеть Ман Канна. Сенсей говорил: «Не имеет значения какое боевое искусство, Меч или То-Тэ, принципы тактики одни те же. Например, для обмана противника можно намеренно открыться в защите, чтобы спровоцировать его на атаку, а затем использовать его движение. Но, если человек не знает свои собственные слабые места, то он не может быть уверен, что слабые места противника, которые он обнаружил, не являются ловушкой.».

Как я уже упоминал, мой учитель был хорошо образованным воином королевства Рюкю, который внес большой вклад в культуру Окинавы. Кроме боевого мастерства, он был одной из двух самых заметных политических фигур своего времени. Другой был – г-н Исадо Сеиеи (Ishado Seiei). Сенсей имел близкие отношения с различными знаменитостями и главными политическими деятелями Японии, включая премьер-министра, который считал Адзато интеллектуалом и большим специалистом в политических вопросах.

После того, как Япония перешла от феодализма к демократии, Окинава стала официально считаться частью японской империи. Попытки культурной ассимиляции окинавцев по японскому образцу вызвали беспорядки и волнения, в которых немалую роль играли такие люди, как Адзато и Исадо. Совместно с радикально настроенными политическими силами на Окинаве, возникшими после китайско-японской войны (1894/95), авторитет Адзато резко возрос. Его Превосходительство, маркиз Сё-Тай (Sho-Tai - бывший король Рюкю (1866-1879) после ликвидации его владений от японского императора получил титул маркиза) получал советы и политическую помощь от таких людей, как Адзато и Исадо, в поисках усиления экономики и общественной морали на Окинаве. Коллективные усилия Адзато и Исадо в поддержке маркиза Сё привели к созданию Кодо-Кай (Kodo-Kai - предшественник парламентского правительства Окинавы). В течение Мейдзи, эпохи больших политических изменений в Японии, Кодо-Кай неявно поддерживал политику материка и стремился уменьшить его влияние на Окинаву. Среди новых социальных изменений, в том числе и отменялись самурайские стрижки магэ (chong-mage – высший узел). Но несмотря на некоторую оппозицию по отношению к Японии, при значительной степени поддержке Кодо-Кай, преобразования на острове были проведены успешно. Через некоторое время, после присоединения Окинавы, королевская семья Рюкю, переехала в свою токийскую резиденцию, расположенную в Кодзимати (Kojimachi), недалеко от района Ёцуйя (Yotsuya). Мастер Адзато оставался в центре политической деятельности Окинавы до момента своей отставки.

История, произошедшая в деревне Адзато, рассказывает о том, как люди недостойного поведения, могут возомнить себя полубогами. В деревне Адзато образовалась группировка молодых людей довольно низких духовных качеств. Они находили удовольствие в хвастовстве и иногда по ночам избивали прохожих, заранее выбирая слабых или беспомощных. О деревне Адзато стали ходить дурные слухи.

Узнав об этом, хозяин Адзато решил навести порядок в деревне. Поздно ночью, переодевшись в одежду попроще, он решил пройтись по деревне. Через некоторое время, под прикрытием темноты, без всякого предупреждения и неспровокационных действий, на него напал какой-то человек. Не собираясь причинить смертельный вред этому человеку, Адзато оглушил его одним ударом кулака по голове. На следующее утро Адзато вызвал к себе деревенского старосту и приказал ему собрать всех людей в деревенском центре, чтобы поговорить о сложившейся ситуации. Так как всем было интересно, что скажет хозяин, то пришли почти все, за исключение одного молодого человека. Когда Адзато спросил почему его нет, то ему ответили, что он очень болен. Поняв, что больной является как раз тем человеком, который напал на него, Адзато приказал послать за ним паланкин. Вскоре его принести, голова молодого человека была украшена свежей повязкой. Выставив его перед всеми жителями деревни, Адзато спросил, что случилось с головой? Неспособный двигаться от боли, молодой человек пробормотал, - «я вчера вечером был пьян и упал в канаву». Удрученный откровенной ложью, Адзато предупредил, - «не пытайся мне врать». После этого Адзато обратился к жителям деревни и рассказал о том, что узнав о слухах, которые ходят об его деревне, он решил проверить их достоверность сам. «Вчера вечером, это был я», - сказал Адзато, обращаясь к молодому человеку, - «кто ударил вас при вашем бессмысленном нападении.». Наконец, молодой человек признался и попросил прощения. С тех пор в деревне Адзато стало тихо и люди вновь могли безопасно перемещаться по ночам.».

Из Каратэ-До-Ньюмон:

«...Однажды я шел в гости к своим родственникам в деревню. Дорога шла через небольшой лес. Уже смеркалось, и поэтому я даже не удивился, когда прямо передо мной выросли две фигуры. «Эй, ты, заморыш!» - закричали они, - «ну-ка, живо выворачивай карманы и не вздумай сопротивляться!» - один из нападавших держал увесистую дубинку, но обращался с ней крайне неумело. Другой так забавно выставил кулаки, что было видно - он не мастер. Я мог бы без труда справиться с обоими, но вместо этого сказал: «У меня нет денег», - и в доказательство вывернул карманы. По правде говоря, у меня было с собой лишь немного пирожного-мандзю, которое я нес в подарок своим родственникам. «Мандзю-ю-ю», - скривились грабители, - «ну, ладно, давай его сюда!» - выхватив у меня из рук пирожные, нападавшие скрылись из виду, а я спокойно пошел своей дорогой.

 

Спустя несколько дней, беседуя со своими учителями Адзато и Итосу, я рассказал им о своем приключении. «Ты поступил правильно», - сказал Итосу, - «время, потраченное тобой на обучение, не пропало даром». «Ты был прав», - согласился Адзато, - «это истинное понимание духа боевых искусств».

В одной из своих первых книг я написал: «Не забывайте мудрые слова Лао-Цзы (Дао-Дэ-Цзин) «Высокое и крепкое дерево сметет ураган». Главные нравственные ориентиры Каратэ-До – благоразумие, осторожность и скромность. Если в конфликте любой силы и серьезности дело дошло до Каратэ, то это становится вопросом жизни и смерти. Жизнь и так коротка, зачем нам придумывать себе проблемы?».

Из Каратэ-До-Итиро:

«...Несмотря на то, что о мастере Адзато существует бесчисленное количество рассказов, я полагаю, что в приведенных мною историях я достаточно охарактеризовал его. Еще хочу добавить, что мастер Адзато, удалившись от общественной деятельности, собирался написать книгу о боевых искусствах, но, к сожалению, не успел. Мастер Адзато говорил: «Цель боевого искусства заключается не только в том, чтобы иметь сильное и здоровое тело, но и в том, чтобы развить свой ум и несокрушимый дух. Боевые искусства помогают достичь внутренней гармонии. Об этом следует всегда помнить.».

 

Его любимыми книгами были Сун-Цзы (Sun-Tsu's) «Искусство войны» и «Шесть стратегий войны», Лао-Цзы (Lao-Tsu's) « Тао-Те-Цзын» , Сан-Лю (San-Lue), «Вей-Рю-Ци» (Wei-Ryao-Zi), «Су-Ма-Фа» (Su-Ma-Fa) и «Тан-Лин-Вен-Туи» (Tang-Ling-Wen-Dui). При этом мастер Адзато считал, что трактат «Искусство войны» является Библией для всех боевых искусств. Всякий раз, не могу не ощущать грусти, когда думаю о неизданной Сенсеем книге, сколько интересного, своих знаний и мировоззрений он мог передать будущим поколениям.».

Мастер Адзато заложил в Фунакоси основы высочайшего духа и технического мастерства. Обучение мастера Адзато было основано на традиционным способе – через изучение ката. Мастер Фунакоси основывался также на этой методике. У своего учителя он перенял правило: 3 года на одно ката.

Ученики мастера Адзато: Канкен Тояма, Осиро Тёдо. Один из внуков мастера Адзато – Йориюки Ясудзато (Yoriyuki Yasuzato, 1906-1976) – в начале 1930-ых годов, переехал Японию, где основал Сёбу-Кан (Shobu-Kan), в котором преподается классический стиль Сюри-Тэ.

Источник: http://www.mosbudokan.ru/public/digest2.html#digest4